Александр Болдырев – Герой СВО, боец добровольческого батальона «Сомали», участник боевых действий с 2014 года. Принимает активное участие во многих волонтерских, спортивных и просветительских проектах. В рамках открытого дискуссионного клуба «Русский воин» герой стал участником вебинара для молодежи и ответил на вопросы, которые ему задали молодые люди.

– Александр, могли ли вы до 2014 года предполагать, какие события будут ждать всех в дальнейшем?

– Скажем так, уже в то время было заметно, что отношения западной Украины и Новороссии отличались. Срочную службу я проходил на западе в городе Каменец-Подольский. Продавцы отказывались понимать меня, если я обращался к ним на русском языке. Русскоязычному невозможно было снять жилье.

– 16 марта 2014 года – дата референдума, дата воссоединения Крыма и России. Как тобой были восприняты эти события?

– Воспоминания начинаются с “майдана”. Сначала не верилось, что все будет так серьезно. Казалось, что пошумят – попрыгают и успокоятся, как это бывало уже не раз, если не ошибаюсь, во время “оранжевой” революции в 2004-2005 годах.

– Те есть, никто воевать не собирался?

– Никто. Я тоже не задумывался, что все так будет, как это можно наблюдать сейчас. После Крыма на Донбассе решили пойти тем же путем. Был проведен референдум, после которого, если я не ошибаюсь, 12 апреля произошли первые военные столкновения в Славянске.

– Принимал ли ты участие в референдуме? И чем тебе запомнились эти дни?

– Да, конечно, я принимал участие в голосовании. Из новостных каналов сложно было понять, что на самом деле происходит в стране. Но во время проведения референдума в наш поселок с военными прибыл мой знакомый, он служил в Славянске и был направлен для охраны порядка на избирательном участке. Так что мы имели возможность получить сведения о происходящем из первых рук.

– Именно в тот период возникло понятие «ополчение». Что оно из себя представляло в то время?

– Мы считали себя добровольцами, которые были готовы защищать свою родину. В ополчение шли обычные люди – сварщики, строители, учителя, т.е. люди разных профессий. А поскольку Донбасс – это угледобывающий регион, то и основу отрядов ополчения составляли шахтеры.

Для меня всегда примером служил мой дед. Я лично не застал его при жизни, но я вырос на рассказах о нем. Дедушка прошел всю ВОВ сапером-штурмовиком, освобождал от нацистов Румынию и Венгрию. Так что у меня был достойный пример для подражания. Отец служил в морфлоте.

Отец Александра – Захар (в центре)

Я принял решение вступить в ополчение, т.к. видел в этом свое предназначение. Это произошло после событий в Одессе, когда там 2 мая сожгли людей в Доме профсоюзов.

– Откуда тобой была получена информация об этих событиях?

– Сведения поступали из разных источников, но в основном это были новостные телеканалы, репортажи и видео в интернете.

– Вся Новороссия на тот момент была русскоязычная. Правда ли, что многие жители этих регионов порой даже не слышали украинскую речь?

– В школах были уроки украинского языка и литературы. Однако если рассматривать жителей нашего поселка, то лишь одна женщина, приехавшая к нам с западной части страны, предпочитала украинский язык. Все говорили только на русском.

– Даты воссоединения Крыма и четырех областей Новороссии в календаре – это события одного порядка. Какое для тебя они имеют значение?

– По поводу Крыма могу сказать, что я и на концерты в Лужниках стараюсь ходить, и различные мероприятия, посвященные этому событию, посещаю. Тогда мы не могли дождаться когда это, наконец, случится. Когда я принял решение уйти в ополчение, в наш поселок вошла украинская армия, и 10 лет я не был дома.

На учениях в батальоне “Спарта”

– До “майдана” было какое-то предчувствие?

– Если честно сказать, то, когда это начиналось, мы не думали, что все это затянется на долгие десять лет. И, наверное, если бы не было минских договоренностей, все закончилось бы намного быстрее.

Мне не хочется углубляться в политику, но если бы к нам не лезли со своими правилами, не учили, как нам следует жить, то все было бы прекрасно. В Донецке и Луганске отлично жилось. Это были самые богатые регионы страны: и по достатку, и по зарплатам.

Для меня было ненормально, что в Киеве проходят митинги со свастикой. У меня есть родственники, с которыми я теперь не общаюсь. Когда в наш поселок вошли части украинской армии, сестра моей матери позвонила и радостно сообщила: «Поздравляем, наши зашли!» Мать удивилась: «Какие «наши»? Мои Саня и Егор с нашими ушли».

Старший брат Александра – Егор Болдырев

– За эти 10 лет ты встал в один ряд с такими легендарными личностями Русской весны как Гиви, Моторола, батальон Сомали – ярчайшие личности, за которыми пошел народ. Это так?

– Я служил в танковых соединениях «Сомали», вступив в ополчение в Горловке в июне 2014-го, где уже был мой брат Егор. Практически сразу встретил Гиви, которого знал по сюжетам из новостей. К несчастью, многих уже с нами нет. Именно Гиви хотел, чтобы мы сыграли матч “Сомали” против “Спарты” на “Донбасс Арене”. Он создал команду, которая часто тренировалась после выполнения танковых задач.

Чемпионат по футболу в батальоне “Сомали”

– Где застало тебя начало СВО?

– В 2018 году я переехал в Россию, так как в Донецке на несколько лет все замерло из-за минских соглашений. Жил и работал в Москве. Когда В.В. Путин объявил о начале СВО, я не мог остаться в стороне, ведь мой поселок еще не был освобожден. В военкомате мне отказали в призыве, ссылаясь на ранение, полученное мной еще в 2014 году. Но мне удалось добиться своего через добровольческий отряд «Ахмат». Поэтому освобождать пришлось луганскую землю.

– На твоей груди можно видеть множество государственных и региональных наград. Расскажи, какая из них для тебя особенно ценная?

– Для меня самой ценной является медаль «За освобождение Донецкого аэропорта» и еще одна с шевроном батальона «Сомали» «За боевые заслуги». Самые опасные задачи как раз выполнялись на территории аэропорта, когда нужно было работать на открытой местности под прицелом вражеских птурщиков.

Донецкий аэропорт, с журналистом Грэмом Филлипсом, лето 2015 года

– Тебе приходилось бывать в Крыму?

– Да, но это было еще до 2014 года. Я работал сварщиком и часто ездил туда в рабочие командировки.

– В фильме «У края бездны» главный герой Воробей говорит, что бои за Мариуполь по сравнению с дальнейшими событиями были лишь «цветочками». Твое мнение?

– Действительно, за эти годы многое изменилось. Тогда не было дронов. Бои в 2022 году и сейчас – это две разные войны. К сожалению, я не могу принимать участие в боевых действиях, так как из-за ранений был комиссован по состоянию здоровья, но я всегда стараюсь быть в курсе событий. А с Воробьем мы играли вместе в футбол.

– Ты активно участвуешь во многих мероприятиях, общаешься с молодежью. Почему?

– По моему мнению в обществе недостаточно патриотического воспитания. Если я не ошибаюсь, то даже поднятие флага и прослушивание гимна стали практиковать лишь недавно. Я уже не говорю о том, что в школах нет уроков НВП, не проводятся такие игры как «Зарница», на физкультуре не учат бросать гранату и т.д. Но главное – каждый должен быть готов родину любить и защищать, а это все идет из семьи.

– Спасибо герой, за твой ратный подвиг.

Военная династия Болдырев на выставке в Москве

Сюжет про героя на RuTube

Выступление героя на мероприятии в День воссоединения Крыма и России

Беседа с героем в студии

Проект реализуется АНО «Центром развития социально значимых проектов и содействия укреплению межнационального и межрелигиозного согласия» при поддержке Комитета общественных связей и молодежной политики города Москвы и Грантов Мэра Москвы.