Отправной точкой стала и личная история: в начале спецоперации дочь Ирины вышла замуж за бойца, который ушел добровольцем в батальон «Невский». Благодаря этому появилась возможность выстроить прямую связь с конкретным воинским подразделением. Стало понятно, что бойцам требуется буквально все – от элементарных бытовых вещей до более сложного снаряжения. Помощь изначально носила адресный характер, и именно это сыграло ключевую роль: люди охотнее откликались, когда понимали, кому именно и для чего предназначены собранные вещи.

Поначалу основную поддержку оказывали прихожане, однако довольно быстро круг участников расширился. К группе начали присоединяться люди, далекие от церковной жизни, но неравнодушные к происходящему. Помощь приходила отовсюду: пожилые люди вязали и плели сети, приносили домашние заготовки, дети рисовали открытки, молодежь занималась упаковкой и сортировкой посылок. Коробок становилось все больше – иногда они буквально выстраивались в высокие ряды, занимая все свободное пространство. Постепенно стало ясно, что волонтерская деятельность вышла далеко за пределы одного прихода и объединила самых разных людей.

Со временем появились связи с другими волонтерскими организациями и фондами. Это позволило выстроить взаимодействие и распределять ресурсы более эффективно: одни занимались сбором и отправкой грузов, другие помогали с закупками необходимого. Постепенно сложилась система логистики, благодаря которой помощь стала не только более масштабной, но и более организованной, целенаправленной.

Начало СВО для многих стало неожиданностью и вызвало растерянность. Люди не всегда понимали, как относиться к происходящему, какую позицию занять. Однако в данном случае ощущение надвигающегося конфликта возникло задолго до этих событий. Еще в 2014 году, после воссоединения Крыма с Россией, стало заметно, что общество разделилось, и многие вопросы перестали быть однозначными.

В тот период в приходе уже находились семьи беженцев. Рядом поселились люди, которым требовалась поддержка, и им помогали пережить сложный жизненный этап. Позднее, когда ситуация немного стабилизировалась, они вернулись домой, но связь с ними сохранилась. Помощь продолжала поступать – уже в виде гуманитарных отправок. Со временем она стала распространяться не только на военных, но и на мирное население, оказавшееся в трудных условиях. Люди делились тем, что могли: продуктами, одеждой, средствами гигиены. Кроме того, поддержка оказывалась и храму в Горловке, который с 2014 года живет в крайне непростых обстоятельствах.

Таким образом, к моменту начала СВО уже существовал определенный опыт и понимание того, как действовать. Это позволило быстро сориентироваться и выстроить работу так, чтобы помощь действительно доходила до тех, кто в ней нуждается.

Безусловно, любая гуманитарная деятельность – будь то плетение сетей, сбор средств или отправка экипировки – имеет большое значение. Но со временем становится очевидно, что есть и другая, не менее важная сторона. Речь идет о гражданской позиции и о смысле, который стоит за этими действиями. Важно не только помогать, но и открыто говорить о своих ценностях, о своем отношении к происходящему – так, чтобы это было понятно и детям, и окружающим.

С детства человеку важно прививать простую, но глубокую мысль: любовь к Родине – это не абстрактное понятие, а естественная часть внутреннего мира. Для старшего поколения это было очевидно и не вызывало сомнений. Сегодня же ситуация изменилась: в обществе появились разногласия, и это неизбежно влияет на подрастающее поколение.

Именно поэтому деятельность волонтерских объединений приобретает дополнительное значение. Она заключается не только в объединении людей для оказания помощи, но и в формировании определенного мировоззрения. При этом речь не идет о навязывании крайних или агрессивных взглядов. Напротив, важна осознанность, способность думать, анализировать и делать собственные выводы.

Любовь к своей стране не должна быть декларативной – она формируется через личный опыт, через участие, через готовность не оставаться в стороне. И если это понимание удастся передать детям, если оно станет для них естественным, тогда можно говорить о будущем, в котором сохраняется внутренняя опора и единство.